к дню освобождения

К 30-летию Победы была издана книга воспоминаний ветеранов 334-й Витебской ордена Суворова стрелковой дивизии «В боях и походах» (г. Казань, 1975 г.) Эта дивизия, которая была сформирована в г. Казань (Татарская АССР), вместе с другими частями 4-й Ударной Армии зимой 1942 года участвовала в Торопецко-Холмской наступательной операции. Её долгий боевой путь проходил и по территории Западнодвинского района. Предлагаем вниманию читателей первую часть документального рассказа «Мужество», его автор – один из ветеранов дивизии А. А. СОЛОВЬЁВ. В нём речь идёт о первом наступательном бое 1124-го стрелкового полка дивизии по прорыву обороны противника в районе озеро Волго и его участии в операции по освобождению села Ильино.

1. «Вперёд, на врага!»
Рано утром 9 января 1942 года при трескучем морозе, пользуясь туманом как дымовой завесой, части нашей дивизии двинулись через озеро Волго. 1126-й стрелковый полк наступал на село Бор, а 1124-й стрелковый полк – на крупный населённый пункт Пески. Чтобы ворваться в траншеи противника, нужно было пробежать по льду озера, покрытому снегом, не менее двух километров. Не успели мы дойти до середины озера, как немцы нас заметили и открыли сильный пулемётный и артиллерийский огонь. Тут же появились несколько фашистских самолётов. Они начали бомбить и обстреливать нас из пулемётов. От разрыва бомб и снарядов на озере образовались многочисленные воронки, и на поверхности льда выступила вода. Она была, пожалуй, страшнее пуль и снарядов. Чтобы люди не проваливались в скрытые под водой воронки и не тонули, нам пришлось построиться в небольшие цепочки и взять друг друга за руки. Так по пояс в воде, под пулемётным и миномётным огнём мы всё же форсировали озеро.
Первыми ворвались во вражеские траншеи политрук второй роты Страхов и политрук третьей роты Репин. Особое мужество здесь проявил командир второго батальона 1124-го полка Хабибулла Гайнуллин. Я лично видел, как он шёл впереди своего батальона, увлекая людей за собой. Короткими, но быстрыми пробежками этот батальон вырвался вперёд и всё дальше уходил от разливающейся по озеру воды. Он первым выбил гитлеровцев из укрытий, овладел необходимым плацдармом, с которого открыл по врагу фланговый огонь, чем помог остальным батальонам быстрее и меньшими жертвами достичь поставленной цели.
Это был поистине массовый героизм. Какая сила воли, самоотверженность и выносливость требовались для того, чтобы наступать в таких условиях. Смелость и силу воли мы черпали в коллективизме, во взаимной поддержке, в любви к своей Родине и ненависти к врагу.

2. Ночной бой за село Ильино
Не успели мы подсушить одежду и обувь, как двинулись дальше за обратившимся в бегство врагом, как говорят военные, не слезая с его плеч. Особенно сильное сопротивление гитлеровцы оказали в опорных пунктах Шувалово, Кресты, станция Нелидово, Ильино и город Велиж, которые были сильно укреплены и оборонялись отборными частями.
1124-му полку было приказано овладеть районным центром Ильино. Это большое село, расположенное на возвышенности, с двух сторон огибал глубокий овраг, на крутых склонах которого были оборудованы огневые точки противника. К селу подходила единственная дорога с деревянным мостом через овраг. Мост, конечно, был заминирован. Если ко всему этому добавить ещё глубокие сугробы, можно себе представить, каким был трудным подход к селу. Здесь мы могли понести большие потери, тем более, что танков и самолётов в нашем распоряжении тогда не было, а дивизионная артиллерия из-за бездорожья и высоких темпов наступления пехоты отстала почти на сто километров.
Командир полка Букаев вызвал к себе на совет командиров и политработников подразделений. Было решено первый батальон под командованием старшего лейтенанта Васильченко послать ночью в обход Ильино, чтобы внезапно ворваться в село с тыла. По сигналу этого батальона остальные подразделения полка должны были одновременно начать наступление «в лоб».
С самого начала наступления я всё время находился в первом батальоне. Решил и на этот раз идти с ним. Весь батальон был переодет в маскировочные халаты и поставлен на лыжи. Вооружены мы были только лёгким оружием – ручными пулемётами, автоматами и гранатами.

к дню освобождения2
Чтобы обойти стороной Ильино, нужно было пройти расстояние в четыре километра. Ночь была очень морозная, вокруг стоял настолько густой туман, что за несколько метров ничего нельзя было разглядеть. К своему стыду мы потеряли всякие ориентиры, прошли на три километра дальше Ильино и подошли к другому селу. Пока разбирались в обстановке и принимали решение, услышали гул машин. Это была немецкая колонна, которая тоже направлялась в сторону села. Мы быстро укрыли батальон за крайними дворами и пропустили немцев мимо себя. Их было два батальона. Сразу поняли, что они посланы из города Велиж в помощь гарнизону, оборонявшему Ильино.
Как только немецкая колонна прошла мимо, мы пошли следом за ней на расстоянии не более ста метров. И когда голова фашистской колонны начала входить в Ильино, батальон быстро развернулся в боевой порядок. Одна рота осталась в хвосте колонны, а две другие начали быстро обходить её с флангов. По сигналу комбата – две красные ракеты – все роты одновременно открыли ураганный огонь из ручных пулемётов и автоматов, забросав гитлеровцев гранатами. Трудно описать ту панику, которая охватила фашистов. Они в страхе бросались из стороны в сторону, но везде их настигал меткий огонь. Немецкий гарнизон, оборонявший Ильино, тоже был охвачен паникой. Пользуясь этим, два других батальона нашего полка сравнительно легко сломили фашистскую оборону и вошли в Ильино.
В этой операции мы взяли в плен много гитлеровских вояк, но ещё больше их осталось лежать на снегу у дороги.
В те дни мы не раз вспоминали пословицу: «Не было бы счастья, да несчастье помогло». Так случилось и у нас. То, что мы по ошибке проскочили Ильино – это наше несчастье. Но то, что мы пропустили впереди себя немецкую колонну и не оказались зажатыми между двух огней – это было нашим счастьем. Мы победили, а победителей, как говорится, не судят.
В Ильино наш полк задержался на отдых на два или три дня. Как-то утром сидим мы за столом и с наслаждением распиваем чай, вкус которого уже почти забыли. Вдруг в избу входят несколько мальчишек и спрашивают:
– Дяденька, а кто здесь старший командир?
Из-за стола поднимается командир полка Букаев и весело отвечает:
– Я старший, садитесь с нами пить чай!
– Нет, – говорят пацаны, – нам некогда, мы пришли, чтобы доложить вам: сейчас ходили в лес и видели там немцев.
– А сколько их, много?
– Да, так, наверное, человек сто, а может быть и больше. Мы их не считали и близко к ним не подходили, а скорее побежали к вам, – отвечают мальчишки.
– А что делают немцы? – спрашивает Букаев.
– Они сидят и, кажется, лопают. Мы хорошо не разглядели.
На наш вопрос, могут ли они пойти с нами и показать, где немцы, мальчишки дружно, в один голос, согласились.

к дню освобождения3
Подняли тогда две роты. Шли, как положено, в обход, замыкая в кольцо то место, которое указали мальчишки. Но какое было разочарование у ребят, и какое веселье охватило наших солдат, когда мы пришли к месту и увидели около полусотни замёрзших гитлеровских солдат и офицеров. Они, видимо, убежали в лес и, не найдя отсюда никакого выхода, замёрзли. Уже позже пленные немцы не раз признавались нам, что гитлеровские офицеры пугали их тем, что наступает «дикая татарская дивизия», которая в плен не берёт, а обязательно убивает. Этим они надеялись заставить своих солдат не отступать.
Конечно, немецкие военнопленные скоро убедились, что наша дивизия хотя и «татарская», но вовсе не дикая и пленных не убивает.
Под городом Велиж мы натолкнулись на особо сильные укрепления по берегу Западной Двины. Здесь завязались продолжительные и ожесточённые бои.
Из книги: «В боях и походах» (сс. 56-61)
Материал полосы
подготовил Сергей ДЕНИСОВ

Comments: