Да, были люди в наше время!

Подробности: Категория: Люди и судьбы

№3 (10301) 27 января 2017

2. Учеба в Улинской школе. Работа в колхозе

Через год, а это был уже 1948 год, здоровье мамы улучшилось, и она отправила меня учиться в Улинскую семилетнюю школу – это в четырех километрах от нашего села. Первого сентября 1948 года на учебу в пятый класс пришло неимоверное количество учащихся (около 50 человек!), что составляло почти половину ученического состава всей школы. Из Троицкого в это время учились: в шестом классе – Валя Борисова, Гена (Ильич) Борисов; в пятом классе стали учиться Гена (Степанович) Борисов, Коля Григорьев, Ада Смирнова и я – Витя (как тогда меня звали) Ермаков. Правда, дня через три в нашем пятом классе осталось пятнадцать человек. Остальные (а были среди них и двадцатилетние школьники) учебу бросили.

Учиться в школе было интересно и довольно легко (по крайней мере, для меня). На зимние каникулы мне из школьной библиотеки дали прочитать первую в моей жизни книгу. Это был роман «Спартак» итальянского писателя Р. Джованьоли. Книга меня увлекла, и это непередаваемое чувство осталось во мне на всю последующую жизнь. Вспоминается курьезная ситуация: в это самое время я почему-то решил, что никогда не буду комсомольцем, не буду танцевать и никогда не женюсь. Наивный ребенок! Комсомольцем я не хотел стать, видимо, потому, что моя сестра была секретарем комсомольской организации нашего села. Свои собрания комсомольцы проводили в нашем доме, иногда возникали горячие споры, и мне это не нравилось. Все, что связано с танцами и женитьбой, я объяснить не могу.
На летние каникулы нам, троицким учащимся, выдавали на четверых три-четыре художественных произведения, которые мы были обязаны прочитать. И это являлось абсолютно верным решением. Еще мы собирали гербарий, это занятие тоже очень полезное, так как мы узнавали названия растений. В летние каникулы я всегда ежедневно трудился в колхозе. И эта работа доставляла мне настоящую радость. По какой-то неизвестной мне причине учеба в пятом и шестом классах не запомнилась и протекала довольно быстро.
И вот на календаре сентябрь 1950 года. Мы – учащиеся седьмого класса (шесть мальчиков и восемь девочек) – сидим за партами раздельно, парами. Я сижу вместе с Геной (Степановичем) Борисовым. Мне несказанно повезло: Гена оказался исключительно доброжелательным, искренним и верным товарищем. Так мы стали друзьями. Во мне неожиданно проявился большой интерес к физике, геометрии, географии, зоологии, химии. В начале октября 1950 года нас, троицких мальчишек: Гену Борисова, Колю Григорьева и меня, приняли в комсомол. Это важное событие в определенной степени изменило наше поведение. Мне кажется, мы стали более серьезными. Так я незаметно для себя «нарушил» первый пункт своего детского обязательства. Но такова жизнь. Мы продолжали расти, учиться, развиваться. Этим процессом руководили наши дорогие учителя, в том числе Василий Михайлович Матвеев – директор школы и учитель геометрии, алгебры и физики. В. М. Матвеев – участник Великой Отечественной войны. В армию был призван Нелидовским РВК. Воевал на Калининском фронте. В июле 1942 года Василий Михайлович оказался во вновь сформированном 235-м полку 28-й Невельской Краснознаменной дивизии. Служил связистом. Эта дивизия участвовала в Великолукской наступательной операции, освобождала от оккупантов Калининскую область (ныне это юг Псковской области), Север Белоруссии, Латвию. За участие во взятии крупного населенного пункта и крепости Невеля в октябре 1943 года дивизия получила почетное наименование «Невельская». В. М. Матвеев был контужен. После контузии у него возникли проблемы со слухом. Великую Отечественную войну он закончил в звании старшего сержанта в Румынии, куда его дивизия была переброшена в апреле 1945 года после разгрома Курляндской группировки. За проявленное мужество в боях за Советскую Родину он был награжден Орденом Славы Третьей степени, медалями «За отвагу», «За Победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941 – 1945 гг.». К учащимся и особенно к нам – мальчишкам, Василий Михайлович относился исключительно доброжелательно, искренне и заботливо. Материал он излагал ясно, четко, доходчиво. Нам с Василием Михайловичем было комфортно и надежно. И мы платили ему тем же – то есть искренней благодарностью.
Анна Григорьевна Нилова – наш классный руководитель, учитель русского языка и литературы. Тоже доброжелательная, простая женщина – всегда спокойная и вежливая. Она смогла научить нас грамотно писать и четко и ясно говорить на нашем родном, русском языке.
Ольга Константиновна Долганова – учитель географии, зоологии, химии и немецкого языка, всегда строгая и требовательная. На ней почти всегда была белоснежная блузка и платье-сарафан темного цвета. Откровенно говоря, ребята побаивались Ольгу Константиновну. Приведу лишь один пример: после приема в комсомол мы, трое учащихся из Троицкого, пришли на урок немецкого языка с невыученным домашним заданием. И Ольга Константиновна каждому из нас поставила «двойку». Конечно, было обидно. Но такая строгость держала нас в соответствующем тонусе, что позволило нам по всем предметам получить твердые знания и хорошие оценки.
Николай Елисеевич Елисеев – учитель ботаники и физкультуры. Очень доброжелательный, простой и обаятельный человек. Под его руководством на школьном участке учащиеся высадили много диких яблонь. На следующий год, когда они прижились, Николай Елисеевич научил нас прививать их.
В результате, рядом со школой вырос прекрасный сад. Я же сам лично впоследствии привил не один десяток яблонь и научил этому полезному делу своих земляков.
Моя память до сих пор сохранила искреннюю благодарность нашему однокласснику Гене Никифорову. Он был единственный учащийся школы, который в летнее время на занятия приезжал на велосипеде. Гена тоже научил нас – всех мальчишек, езде на нем. И весной мы приходили в школу заранее, чтобы десяток минут покататься на велосипеде.
14 июня 1951 года мы сдали последний экзамен, а 15 июня получили свидетельство об окончании семилетней школы. Нас вместе с учителями сфотографировали. Настроение у всех было прекрасное, ведь мы сдали очередной экзамен в своей жизни. И расстались с учителями и своими друзьями и товарищами. Для меня со всеми учителями и большинством учащихся это оказалось расставание навсегда, к моему большому сожалению. На следующий день я уже работал в колхозе. К этому времени я приобрел определенный опыт, да и физически окреп. Поэтому наш бригадир Михаил Арсентьевич Арсентьев постепенно стал доверять мне более ответственную работу, и обязательно давал вводный инструктаж. Но все-таки иногда случались и непредвиденные ситуации. В августе 1951 года я во второй половине дня (ближе к вечеру) на быке повез два или три мешка зерна ржи, чтобы смолоть на мельнице. Она находилась примерно в трех километрах от Троицкого, на реке Морожа (это вблизи с. Корякино). Там работал наш односельчанин Николай Николаевич Петров. Я приехал на мельницу, все шло хорошо, привязал быка за столб ограды и стал помогать Николаю Николаевичу. Зерно смололи нормально. Выхожу на улицу и вижу, что быка нет: он вместе с вырванным из земли столбом ушел в сторону Корякина. Я тотчас побежал туда, ориентируясь по следам строптивого животного, но вскоре они исчезли. Быка я найти не смог, а на улице уже темнеет. Побежал назад в Троицкое и сразу направился к Михаилу Арсентьевичу. Мне было очень неприятно и даже страшно от того, что по моей оплошности случилось такое ЧП. К счастью, на следующий день моего быка – «нарушителя» дисциплины – вместе с телегой и столбом нашли в окрестностях с. Корякина.
Так мы, мальчишки, постепенно набирались опыта, учились у старших. На меня большое влияние в смысле развития оказали: Николай Борисов (он был отлично развит физически, делал сальто, научил нас плавать, а позднее, в 50 – 60 гг. прошлого века, работал учителем физкультуры в первой средней школе в г. Западная Двина), мой двоюродный брат Володя Поддубский (он в ту пору работал трактористом), одноклассник Николай Григорьев. Мои односельчане постепенно возвращались к нормальной жизни: обрабатывали землю, выращивали зерновые культуры (рожь, овес), а также лен, горох, картофель, клевер. В колхозе частично возродили стадо коров молочной породы. Молоко сдавали и частники (на это существовал специальный налог). В летнее время молоко дважды в день, кроме воскресенья, возили на молокозавод в с. Улин. Там производили сливочное масло и сыр.
Но наше некогда большое село Троицкое постепенно хирело. Сказывались последствия войны. Хотя землю стали теперь пахать тракторами (были созданы МТС – машинно-тракторные станции), появились сенокосилки на конной тяге, льнотеребилки (правда, они работали плохо), молотилки, которые очень облегчали тяжелый физический труд, но страшные людские потери, произошедшие в годы Великой Отечественной войны, возместить было невозможно.
В. А. ЕРМАКОВ,
г. Нелидово